Профессор медицинского факультета Стэнфордского университета Стюарт Ким (Stuart Kim) совместно с коллегами обнаружил механизм, лежащий в основе процесса старения, сообщает Sciencedaily. 

Ученым удалось выявить группу генов, которые гораздо менее активны у животных старшего возраста. Причем, подобная особенность отмечена у разных видов. Активность этих генов оказалась точным индикатором того, насколько стареющая клетка приближается к своему естественному итогу.

По мнению ученых в клетках есть своеобразный «управляющий», который их поддерживает и «ремонтирует». Но только в течение определенного срока. Как только эта система ремонта «выключается», старение и смерть становятся неизбежными. Причем срок работы системы у разных животных различен — черепахи живут сотни лет, а мухи-дрозофилы проходят свой жизненный путь немногим более чем за одну неделю.

Группа проф. Кима изучала активность генов, ответственных за продукцию белка у животных в их разном биологическом возрасте. Оказалось, что определенная группа генов начинала продуцировать меньше белка, когда клетки старели. И это явление отмечено у всех изученных животных в разных тканях организма.

Эти гены участвуют в так называемой «цепи передачи электронов», с помощью которой в митохондриях клеток производится энергия. И вот их-то активность и есть более точный индикатор возраста, чем «дата в паспорте». И она может быть сходной у людей разного «календарного» возраста, указывая на их личный, биологический. Таким образом, очевидно, что скорость старения предопределена генетически (по крайней мере, частично — вредные привычки и нездоровый образ жизни, ведущие к раннему старению, оказывают свое разрушительное действие на организм).

Что вызывает замедление продукции белка в цепи передачи электронов? И почему все-таки черепахи могут жить сотни лет, а клетки мушек-дрозофил саморазрушаются всего за неделю? Как считают авторы работы, в природе животные начинают стареть примерно в том возрасте, когда их смертность наиболее высока. Например, 90% мышей в природе погибают в первый год жизни. И в лабораторных условиях признаки старения у них отмечаются примерно в этом же возрасте. Старения не было бы, если бы в клетках не было генетической программы саморазрушения.

Обнаружение нового индикатора биологического возраста должно помочь найти конкретный механизм такого программирования, который до сих пор неясен. А значит, открываются перспективы найти лекарство от старости.